Торжественная, как марш, живопись Ротаря служит прямым продолжением Большого Стиля – стилистически не только советского, но международного направления в монументальном искусстве, которое фокусируется на неоклассической героике. И хотя мечты о «Большом Стиле» в наши дни переживают скромный ренессанс, Леонид Ротарь не примыкает к псевдотрадиционалистскому тренду в русском искусстве последнего десятилетия; уже более двадцати лет, начиная с выставок в «Якут-галерее» начала 2000-х, Ротарь не изменяет своему уникальному творческому методу. Метод этот - хронопарадоксальный сплав романтического реализма розлива 1930-х и холодного гуманизма Сурового Стиля, дистиллированный до простой и неповторимой формулы, до «максимального напряжения изобразительной силы», о котором писал Павел Филонов.

Цветовые поля, залитые фирменным «Ротаревым синим», алые болиды над всегда пустым горизонтом, скульптурно замершие сильные люди и облака в зените – так высоко, как видишь их, только упав навзничь, - эти марки художника уже четверть века идут параллельно русскому актуальному искусству и независимо от его мод и конъюнктуры. Гигантская молочно-белая Луна и алое Солнце, частые образы на картинах Ротаря, ясно читаются как символы сомасштабности большой Истории и одного человека.

Леонид Ротарь – реалист высшей пробы: отбрасывая лишние детали и ошибки, он останавливает на холсте Историю вне времени, единственный квант действия, в котором человек и звезда – равноправные партнеры.

«Я говорю, что есть такая культура, которая объединяет... Я думаю, что это реалистическое искусство. Реализм, как мы его понимаем, вырабатывает у людей общее чувство жизни». – Из интервью Л. Ротаря А. Штейнеру о выставке «Новый русский реализм», 2013 г.

Персональная выставка [Периметр] в Stella Art Foundation объединяет лучшие вещи из «золотого фонда» Леонида Ротаря, созданные более чем за 20 лет творческой работы, из хорошо известных серий «Не молчи», «Конец света», «Генезис» и других, а также картины новейшей серии «Север» 2024-26 гг.